Приговором Камышловского районного суда Свердловской области от  02.07.2026 житель Пышминского района К. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного  п. «з» ч. 2 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (умышленное, с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья).

Судом установлено, что 03.03.2026 в вечернее время К., находясь в состоянии алкогольного опьянения, прибыв  по месту жительства потерпевшего, на почве личных неприязненных отношений к нему, сначала нанес потерпевшему не менее 5 ударов кулаком руки в область головы. После чего, используя принесенную с собой кувалду (металлическую с деревянным черенком), которую позаимствовал в кочегарке, нанёс потерпевшему  этой кувалдой, то есть предметом, используемым в качестве оружия, один удар по задней поверхности грудной клетки справа, и один удар в поясничную область справа.  В результате действий К. потерпевшему были причинены телесные повреждения в виде закрытого перелома 8 и 9 ребер справа со смещением костных отломков, гематомы в области задней поверхности грудной клетки справа, гематомы поясничной области справа, ссадины правой ушной раковины, кровоподтеков волосистой части головы.

В судебном заседании К., признавая вину в нанесении телесных повреждений потерпевшему, в содеянном раскаялся, при этом указывал, что, будучи в  состоянии алкогольного опьянения, поддался на уговоры своего друга, который просил его заступиться  за него перед потерпевшим, с которым у него ранее был конфликт и которому потерпевший, в свою очередь, тоже нанёс телесные повреждения. Кувалду же К. взял изначально для того, чтобы просто попугать ею потерпевшего и пускать её в действие сначала не планировал, но потом что-то пошло не так, он на месте вступив  в конфликт с потерпевшим, пустил в ход кувалду.

Суд, не оценив благих намерений К. по восстановлению социальной справедливости, отметил, что  действия К. по причинению потерпевшему вреда здоровью с использованием  кувалды носили осознанный и целенаправленный характер. Состояния необходимой обороны, превышения пределов необходимой обороны, как и состояния внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) в действиях К. не имелось. Об умысле К. свидетельствовало неоднократность нанесения ударов и использование  подсудимым заранее принесенного предмета – металлической кувалды с деревянным черенком, который в силу своих конструктивных свойств и параметров может причинить человеку телесные повреждения. При этом, удары  кувалдой потерпевшему были нанесены с достаточной силой, который в это время  присел от ранее нанесённых ему ударов руками, физически более сильным К.  

При этом суд не усмотрел достаточных оснований для признания в качестве смягчающего  обстоятельства по п. «з» ч.1 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации противоправность поведения потерпевшего, как повод к совершению преступления подсудимым, поскольку наличие ранее имевшего место конфликта между потерпевшим и другом подсудимого, очевидцем которого  К. не являлся, само по себе не послужило поводом к совершению преступления. В данном случае уговоры друга заступиться за него при установленных судом обстоятельствах послужили только поводом к возникновению между подсудимым К. и потерпевшим личных неприязненных отношений.

С учетом  обстоятельств совершения преступления, предметом которого является здоровье человека, степени общественной опасности преступления, суд пришел к выводу о том, что наказание за преступление, которое совершил К., должно быть реальным, исключив при этом возможность назначения условного осуждения.

Вместе с тем, учитывая совокупность смягчающих обстоятельств (полного признания вины и активное способствование раскрытию и расследованию преступления, раскаяния в содеянном, возмещения К. причиненного потерпевшему морального вреда в денежном выражении, принесении ему извинений, наличия у К. иждивенцев), при отсутствии отягчающих обстоятельств, суд пришел к выводу о возможности применения положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначив К. более мягкое  наказание, чем предусмотрено санкцией ч.2 ст.112 Уголовного кодекса Российской Федерации (предусматривающей только наказание в виде  лишения свободы на срок до  5 лет), в   виде 01 года 08 месяцев принудительных работ с удержание  10 % заработка в доход государства.

На осужденного К. возложена обязанность проследовать в  исправительный центр к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства в порядке, установленном статьей 60.2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Также осужденному разъяснено, что в случае уклонения от отбывания принудительных работ, назначенное наказание ему может быть заменено на реальное лишение свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговор не вступил в законную силу.